Поэма «Страна Отцов» для тенора, баса и фортепиано на стихи Аветика Исаакяна (Po`ema 'Strana Otcov')

В далях родимых брожу, одинок.
Осень близка, побелел Арарат,
Снег на холмах и на склонах вокруг,
Ветер бушует и гнет мощный дуб.

Вот восстают предо мною опять
Камни суровые древних колонн,
Полуразрушены бурями лет,
В хаосе, мир низвергавшим во прах.

В вихре суровых и лютых годин
Эти развалины башен и стен
Встали упорно, остались в веках
И не поддались насилию в плен.

Древний народ мой под гнетом оков
Чтил и хранил, и лелеял, любя,
Славу венцов и зубцов боевых.

В этих обломках, заветных, святых,
Сердцу его говорили сердца
Наших бессмертных героев отцов.

И, воспаряя над низким врагом
Гордо и мощно, он к бою готов,
К бою последнему, к грозной борьбе,
К грозной борьбе!

Дни милые весны пришли опять
 [ ... ]

Уж свет дневной уходил,
Крестьянин поле скосил,
Снопы увязал, сложил,
Заскирдовал на току
Золотую пшеницу.

Дорога гусана к скирдам привела.
Лира гусана — череп вола.
Три меж рогами струны
Туго натянуты, прикреплены:
Э-ге-ге-ге! Э-ге-ге-ге!

Гусан поклонился, на сноп присел,
По струнам ударил, запел:
«Как не славить нам хлеба —
Благо народа?
Хлеб – и потреба,
Хлеб – и свобода!
Э-ге-ге-ге!

Мы хлебопашцам от чистой души
Пожелаем долгие дни.
Насыщают, питают мир одни,
Хлеборобы одни.
И о вас мы поем, о свободе вашей поем,
И о хлебе святом мы поем!»
Э-ге-ге-ге!

Пернатые стаи слетели с небес,
Защебетали кругом их голоса.
Взяли долю они, поднялись в небеса.

Был бы на Аразе у меня баштан —
Посадил бы иву, розы я, да мак,
Под тенистой ивой сплел бы я шалаш,
В шалаше бы вечно пламенел очаг!

Чтобы сидела рядом милая Шушан,
Чтобы нам друг друга у огня ласкать!
Кабы на Аразе завести баштан,
Для Шушик лилейной отдыха не знать!

Там, в долине Сално боевой,
Ранен в грудь, умирает гайдук.
Рана — розы раскрытой цветок огневой,
Ствол ружья выпадает из рук.

Запевает кузнечик в кровавых полях,
И, в объятях предсмертного сна,
Видит павший гайдук, видит в сонных мечтах,
Что свободна родная страна…

Снится нива — колосья под ветром звенят,
Снится — звякая, блещет коса,
Мирно девушки сено гребут и поют,
Всё о нём их звенят голоса…

Над долиной Сално туча хмуро встаёт,
И слезами увлажнился дол.
И сраженному чёрные очи клюёт
Опустившийся в поле орёл…

Быстролетный и чёрный орёл
С неба пал, мою грудь расклевал,
Сердце клювом схватил и возвёл
На вершины торжественных скал.

Взмыл сурово над кручами гор,
Бросил сердце в лазоревый блеск,
И вокруг меня слышен с тех пор
Орлих крыл несмолкаемый плеск.

От родимой страны удалился
Я, изгнанник, без крова и сна,
С милой матерью я разлучился,
Бедный странник, лишился я сна.

С гор вы, пестрые птицы, летите,
Не пришлось ли вам мать повстречать?
Ветерки, вы с морей шелестите,
Не послала ль привета мне мать?

Ветерки пролетели бесшумно,
Птицы мимо промчались на юг…
Мимо сердца с тоскою безумной –
Улетели бесшумно на юг.

По лицу, да по ласковой речи
Стосковался я, мать моя, джан,
Был бы сном я - далече, далече
Полетел бы к тебе, моя джан.

Ночью душу твою целовал бы,
Обнимал бы как сонный туман,
К сердцу в жгучей тоске припадал бы,
И смеялся и плакал бы, джан!

Под родимый кров я вернулся вновь,
Беззаботно ясен мой детский взор.
Я гляжу на звезд золотой дозор,
И в прекрасный мир я поверил вновь.

Вечер тих, туман повис голубой,
Птицы лесные заводят хор.
Добрый мой отец спускается с гор,
И домой он бредет знакомой тропой.

Я бросаю игры, уж меркнет свет,
На порог выходит родная мать,
Вижу я улыбку ее, точно солнце она,
Ей равных нет!

Разведен огонь в очаге родном,
И, как ладан сладкий, струится дым,
И беседа идет, но сном золотым
Я забылся опять, как в детстве моем…

Ничего не хочу – только видеть дым:
Без него весь мир мне и гол и пуст;
Не хочу ни богатств и ни розовых уст,-
Все богатство мое – лишь этот дым!

Горы и тучи, сумрачный вечер,
Ветер бушует, яростный ветер,
К нам он несется из вражеских стран,
Мечется он по полям и лесам;
Грозные волны шумят на морях;
Судна качаются на якорях!

Гей! Родной Арарат, ты вознесся в ночи!
По вершинам твоим не ступала нога,
Грозной молнией ты закаляешь мечи,
И мечом поражаешь врага.

За оружие беритесь! Преисполнись волей, витязь!
Преисполнись злобой, мщеньем,
Ненавистью и презреньем!
В наступленье! В наступленье!
Мчитесь в яром исступленьи!
Мчитесь лесом и полями,
Путь указывает знамя,
Путь героев к вечной славе!

Гей! Родной Арарат, ты вознесся в ночи!
По вершинам твоим не ступала нога,
Грозной молнией ты закаляешь мечи,
И мечом поражаешь врага!

Словно молнии луч, словно гром из туч,
Омрачен душой, я на бой пошел.
Словно стая туч над зубцами круч,
Милый друг сестра, брат твой в бой пошел.

А утихнет бой — не ищи меня
В удалой толпе боевых друзей,
Ты ищи, сестра, ворона коня,
Он копытом бьет в тишине полей.

Не ищи душа, не ищи дружка,
На хмельном пиру, средь товарищей,
Взвоет горный ветр, кинет горсть песка
В твоего дружка на пожарище…

И чужая мать, не родная мать
Будет слезы лить над могилою,
Не моя сестра — горевать, рыдать,
Рассыпать цветы над могилою.

На берегу волнующихся нив
 [ ... ]